Корзинка

«Бабуль, а если я расскажу секрет, папа тебя тоже прогонит?», прошептал внук за блинами За блинами, которые он почти не тронул, мой шестилетний внук вдруг тихо-тихо, глядя в тарелку, спросил: — Бабуль, а если я расскажу… папа тебя тоже прогонит? У меня внутри всё оборвалось. Я сорок лет проработала в детском саду, через мои руки прошли сотни малышей. И я слишком хорошо знала, что означает такой вопрос. Такой взгляд. Такой шёпот. Мой мальчик что-то держал в себе. Что-то страшное. И это «тоже прогонит» ударило меня прямо в сердце. Тоже. Значит, кого-то уже прогнали. Но давай я расскажу с самого начала. Потому что то, что я узнала в тот вечер, перевернуло всё. И заставило меня сделать самый тяжёлый выбор в жизни, против собственного сына. Началось всё за две недели до этого. Поздним вечером раздался звонок. Звонил Антон, мой сын. — Мам, — голос у него был странный, дёрганый. — Тут такое дело. Я в больницу попал, авария. Ничего серьёзного, но полежать придётся. Заберёшь Кирюшу к себе? — Господи, сынок! — всполошилась я. — Как авария? Ты цел? А где Оля-то, почему она с Кирюшей не побудет? Пауза. Долгая какая-то пауза. — А Оля… — он замялся. — Оля уехала к матери. И не вернулась. Бросила нас, короче. Так что с Кирюшей побыть некому. Заберёшь? — Конечно, заберу, о чём разговор. Сейчас приеду. Повесила я трубку и стою как громом ударенная. Оля уехала и не вернулась? Бросила сына? Знаешь, я эту Олю знала пять лет. С тех пор, как Антон её привёл. И скажу тебе честно: лучшей матери и представить нельзя. Она в Кирюше души не чаяла. Ночей не спала, когда он болел. С работы бежала домой, лишь бы лишний час с ним побыть. Она бы себе руку скорее отгрызла, чем бросила сына. А тут, значит, взяла и уехала. И не вернулась. Не сходилось. С самого начала не сходилось. Но я тогда не придала значения, мало ли что в семье бывает. Поехала за внуком. Забрала я Кирюшу. И вот с этого момента у меня сердце и заныло по-настоящему. Мальчик был сам не свой. Ты пойми, я его знала весёлым, болтливым, егозой. А тут ко мне приехал притихший, сжавшийся комочек. Смотрит исподлобья, к себе прижимает старую игрушечную машинку и молчит. В первый же вечер я хлопнула дверцей шкафа, случайно, а он вздрогнул всем телом и втянул голову в плечи. Будто удара ждал. У меня аж мороз по коже. — Кирюш, ты чего, солнышко? — спросила я мягко. — Ничего, — прошептал он и отвернулся. Я не стала лезть. За сорок лет работы с детьми я одно поняла железно: в душу к ребёнку с ноги не входят. Хочешь, чтобы открылся, дай время, дай тепло, дай почувствовать, что он в безопасности. А будешь трясти да допытываться, замкнётся ещё сильнее. Так и жили. Я его кормила, гуляла с ним, читала на ночь. А он всё молчал. Особенно про маму. Стоило заикнуться: «А помнишь, как вы с мамой…», он весь каменел, отодвигал тарелку и уходил в комнату. И глазёнки такие делались, испуганные. Тебе знакомо это чутьё, когда сердцем понимаешь: с ребёнком что-то не так? Не капризы, не тоска по дому. А что-то настоящее, тяжёлое, что ему не по силам нести одному. Я стала приглядываться. Кирюша рисовал, он любил рисовать. И вот я заметила: на рисунках всегда есть он сам, есть я, бабушка, есть дом. А мамы нет. Ни разу. Хотя раньше он маму рисовал всегда, самой большой, с жёлтым солнышком над головой. А теперь нет. По ночам он тихонько плакал. Я слышала через стенку. Подойду, присяду на краешек кровати, глажу по головке, а он притворяется, что спит. И слёзы по щёчкам. Как-то он проговорился во сне. Забормотал: «Мама, не уходи… мама…» А потом: «Тише, тише, папа услышит…» Вот тут я поняла окончательно. Дело не в том, что мать уехала. Дело в чём-то, что случилось при ребёнке. В чём-то, о чём ему запретили говорить. Но я не торопила. Ждала, пока он сам будет готов. И этот день настал. Была суббота. Я напекла блинов, Кирюша их любил, с маслицем, со сгущёнкой. Сели мы завтракать. Он ковыряет блин вилкой, не ест. Задумчивый такой. А потом вдруг поднимает на меня глаза и тихо-тихо спрашивает:

Мать встретила Татьяну на крыльце:— Тань, бабка-то умирает. Уже не узнаёт никого и не разговаривает.Таня быстро прошла в бабкину комнату. Там сидело несколько старух: прощаться пришли, обмыть, одеть.Баба Галя за долгий век (ей далеко за девяносто было) горького хватнула до слёз. Добежав в 30-х годах с Украины до глухого таёжного посёлка в Сибири, в нём и осталась. Отсюда проводила мужа и старшего сына на фронт, здесь получила на них похоронки. Младшего сына она тоже пережила — он в 60 умер от сердечного приступа. С тех пор у бабы Гали по щеке постоянно ползла слеза. Она к ней привыкла, что ли, не вытирала. Доживала со снохой, тоже Галей. Жили дружно, домашнюю работу делали вместе. У каждой свои обязанности.Распорядок у Гали-старой был такой: встать ни свет ни заря и до вечера суетиться по хозяйству. А оно не малое: корова да бык прошлогодний, да телёнок нынешний, да боровок пудов на десять, да куры, да собака — всем дай поесть, за всеми почисти. Всё успевала старая.Сын был большой начальник, он никогда не знал, где вилы или лопата стоят: насчёт навоза сильно брезговал и давно забыл, как в дамских резиновых ботах на высоком каблуке школу заканчивал. А вот дорожки от снега разгребать любил. Что ж... Теперь и эта работа на старой: сноха-то — завмаг, к восьми утра убежит на работу, к восьми вечера вернётся. Словом, хозяйство лежало на бабе Гале.Сноха свекровку уважала, справедливо говорила, что «если б не мама, давно бы в стайке никого не было». Только по одной причине ссорились они: пила свекровь часто, пила, таясь, но как развезёт, выходила «до людей, погутарить» и, конечно, попадалась...И вот теперь она умирала. Чистенькая, сухонькая, лежала она в своей спаленке.Старухи зашевелились, пропуская внучку к кровати. Таня присела на край, позвала:— Баб, а баб... — Но ни реснички ей в ответ не дрогнуло. Таня нащупала пульс не сразу, он был нитевидный, и то был, то исчезал. Таня пугалась, перебирала пальцами, снова нащупывая и снова теряя пульс. Потом из принесённой сумочки достала ампулу с камфорой, шприц, поднялась, чтоб в кухне над ведром отбить горлышко.Старухи зашевелились сильнее, заворчали:— Чего мучить? Отходит. Вон и нос уже заострился.Мать тоже их поддержала:— Не надо, Тань. Ведь ей 96, не забывай. Жалко колоть зря. Не поднимешь.Но Таню в институте учили до последнего бороться за жизнь. И она решительно задрала рукав халата, ваткой, смоченной в спирте, протёрла руку: в маленькой спаленке потянуло спиртовым духом, и Татьяна увидела, как бабка слабо дёрнула носом, как бы принюхиваясь. Татьяна повела ватку в сторону – нос двинулся за ней, Татьяна и шприц опустила.— Мам, у тебя водка есть?— Есть.— Налей-ка полстакана.— С ума сошла?— Налей, говорю, — тон был такой, что мать послушалась, налила полстакана. Старухи заворчали громче:— Какая водка?! Мы вон святой воды принесли, так и губы разжать не сумели. Закостенела уж.Татьяна одной рукой подняла бабушкину голову, другой поднесла стакан к губам. Нос задёргался активнее. Она сильнее наклонила стакан, и умирающая зачмокала губами, втягивая в себя водку. Старухи обомлели.Через несколько минут Таня ещё раз проверила пульс, он был гораздо ровнее и чётче.Бабка Галя открыла глаза:— Тань, чи тоби бачу, чи ни?— Меня, баб, меня. Ты полежи. Я тебе потом и укол поставлю.Старухи, однако, не уходили.Сели обедать. Пригласили и их. Всем налили по рюмочке. Божьи старушки, не чванясь, как по команде, опрокинули рюмки. «Во дают! — мысленно изумилась Татьяна. — А туда же: святой воды...» Старушки так же слаженно заработали ложками. И то сказать, с раннего утра сидели, проголодались.За едой не заметили, как баба Галя вышла из своей комнатки, села на своё обычное место, окинула задорным взглядом обомлевших подруг и сказала:— А щось, девки? Давай заспиваем?.....Прожила после этого дня баба Галя ещё восемь месяцев, никому не мешая, до конца «на своих ногах». Ушла тихо. Просто однажды утром не проснулась.Автор: Людмила Сафонова

В очереди за творогом две женщины за моей спиной вспоминали школьную подругу. Одна сказала: «Мы дружим сорок лет, но после каждой встречи я два дня прихожу в себя». И в этой фразе было столько усталости, что я невольно запомнила её.Недавно похожую историю рассказала мне Галина. Ей 60 лет. У неё есть подруга юности — Нина. Вместе учились, вместе бегали на танцы, вместе переживали первые влюблённости, свадьбы, декреты, трудные девяностые.Казалось бы, такая дружба — почти родство.Но последние годы Галина стала замечать: после встреч с Ниной ей не радостно, а тяжело. Нина могла обесценить новую стрижку: «Ну тебе, конечно, удобно, но раньше было женственнее». Могла при всех сказать: «Галя у нас всегда всё терпела». Могла часами говорить только о себе, а когда Галина пыталась поделиться чем-то своим, перебивала: «Ой, да это ерунда».Галина сначала оправдывала её. Возраст, характер, проблемы с мужем, давление, усталость. Мы, женщины, умеем находить объяснение чужой резкости. Иногда слишком хорошо умеем.А потом в один день Нина при общей знакомой сказала: «Галине теперь заняться нечем, вот она и ходит на свои курсы рисования».Галина засмеялась вместе со всеми. А дома села на кухне и заплакала.Не потому что курсы рисования были чем-то великим. А потому что это было её маленькое место радости. То самое, куда она приходила не быть женой, мамой, бабушкой, ответственной за всех. А просто держать кисть в руке и смотреть на цвет.Я долго думала об этом.За годы работы с женскими историями я заметила: нам трудно признавать, что некоторые отношения, даже очень давние, могут перестать быть бережными. Особенно если за плечами десятки лет. Кажется, что нельзя отойти от человека, который знает тебя молодой, смешной, растерянной, в старом пальто и с большими мечтами.Но, знаете, что я поняла?Длина дружбы не всегда равна её теплу.Иногда нас связывает уже не близость, а привычка помнить, какими мы были когда-то. И мы продолжаем встречаться не потому, что нам хорошо вместе сейчас, а потому что жалко расставаться с прошлым.Галина не стала устраивать разрыв. Не писала длинных сообщений, не выясняла отношения до последней запятой. Она просто начала реже соглашаться на встречи, где ей заранее было плохо. А когда Нина снова пошутила про рисование, Галина спокойно сказала: «Для меня это важно. Мне неприятно, когда ты над этим смеёшься».Нина удивилась. Даже обиделась. Но Галина впервые не стала сразу извиняться за свои чувства.Мне кажется, в зрелом возрасте особенно ясно понимаешь: рядом нужны не идеальные люди. Таких нет. Но очень нужны те, после кого ты не чувствуешь себя меньше, глупее, старее, хуже.Возможно, стоит однажды спросить себя: «После общения с этим человеком мне становится теплее — или я будто всё время защищаю своё право быть собой?»Ответ многое расставляет по местам.

Девушка потребовала, чтобы парень избавился от собаки. И тогда он разместил это объявление. Не все люди любят животных. Кто-то жить не может без домашних питомцев, а кто-то не выносит любую живность дома. Именно с человеком второго типа свела судьба парня по имени Гетцен. После 4 лет отношений он решил, что пришла пора наконец, съехаться, со своей девушкой. Но он даже не представлял, как сильно подруга возненавидит его собаку Молли. Девушка поставила Гетцену ультиматум и потребовала избавиться от собаки, чего бы это ему ни стоило. Поразмыслив над этой проблемой, парень дал объявление в газету. «Моей девушке не нравится моя собака Молли. Поэтому мне придется найти ей новый дом. Она чистых кровей, из хорошего региона и провела со мной 4 года. Ей нравится играть в игры, однако она не особо обучена. У нее длинная шевелюра, поэтому она требует чуть более тщательного ухода, особенно это касается ногтей. Но ей нравится, когда за ними ухаживают. Не спит и шумит всю ночь, а спит тогда, когда я работаю. Ест все только самое лучшее и самое дорогое. НИКОГДА не встретит вас у двери после долгого рабочего дня и никогда не подарит бескорыстную любовь, даже если вам плохо. Не кусается, но легко может устроить чертовски неприятную подставу! Поэтому... если кто-то заинтересовался моей 30-летней, эгоистичной, злобной, меркантильной девушкой, придите и заберите ее! Мы с собакой хотим, чтобы она поскорее уехала в другой дом. Срочно!» Спустя несколько дней после размещения объявления Гетцен обновил его и добавил, что девушка была возвращена заводчикам, то есть родителям, а он и Молли ищут новую подругу...

Дом на двоих... Дом хороший оставила бабушка двум внукам. Комната большая с мебелью, два окна, поэтому светло. Вторая – кухня, но одновременно и другая комната: печь, стол и спальное место. Сени как кладовка, там полки деревянные с вещами. Огород, банька и два сарая – все есть. Один внук интерес к наследству не проявил. Ни разу не приезжал. А второй после бабушки взялся за дело. Так появилась скважина во дворе. До этого воду носили из деревенского колодца. Печь отремонтировал, чтобы не дымила, баню в порядок привел. Сгнившие сараи снес и построил один – крепкий. Сверху что-то вроде мезонина – еще одна комнатка для детей. У него их трое – пусть играют. Короче говоря, много чего сделал. Одно тревожило, что два собственника на одно хозяйство. Поэтому позвонил двоюродному брату и предложил отказаться от доли. Мол, даже заплатить готов. Брат ответил, что ничего не надо: «Мне не доверяешь? Пусть будет так, как было. Делай, что хочешь. Привози на лето детей и жену. Что ты беспокоишься»? А второй поставил новые ворота и сменил забор в огороде. Выкосил бурьян, посадил яблоню и вишню, сделал во дворе настил из досок. Снова позвонил: «Миша, надо бы по закону сделать. Перепиши на меня, документально надо. Если хочешь, расписку через нотариуса напишу, что заплачу». Миша в очередной раз удивился: «Жил спокойно – вот и продолжай так жить. Не лезь ко мне с ерундой. Мы родные, пойми». Крыша другая у старого дома, и окна – пластиковые, по специальному заказу. Перевез из города в деревенский дом большую библиотеку и еще пару коллекций. Теперь в городской квартире больше свободного места. Прошло пятнадцать лет с тех пор, как бабушка ушла. Она так хотела сделать внукам приятно. Виделась идеальная картина, что две семьи проводят в бывшем ее доме лето. Хорошо всем, потому что царят мир и согласие. На деле получилось иначе. У Миши второй брак. С первой женой расстался. Вторая – дама хозяйственная. Поняла супруга, что можно поживиться: продать деревенскую усадьбу, а деньги лишними не бывают. И тогда Миша позвонил: «Слушай, Саня, жена настаивает, чтобы мы все продали. Как ни крути, но часть на мне. И нам деньги нужны». Саня что-то говорил, что много потратил на то, то и то. Но Миша не слушал. Слег Саня – на скорой увезли. Мать в больницу пришла: «Не поняла я. Скажи, тебе жизнь не нужна? У тебя трое. Я с твоей женой поднимать буду? Дом или жизнь? Бог видит, кто кого обидит. Не дури, смотри на все спокойно. Будешь здоров, там же купим что-нибудь. Ты с руками, не надо себя до болезни доводить». Спокойно сказала, без нервного напряга, словно дело не в больнице, а на кухне за чаем. И поправился Саня. Продал Миша дом, деньги поделили. А те, что на ремонт и на прочее ушли – пропали. Как и братство, как и родственные связи. Удалил Саня телефон теперь уже бывшего брата. На улице встретятся – не поздороваются. Кто-то остается порядочным до конца. А у кого-то за румяными щеками гниль прячется. Так у яблока бывает. Некоторые душевные люди из-за денег и собственности так расстроятся, что здоровье потеряют. Иногда и жизнь. А можно ли измерять нашу жизнь метрами квадратными и деньгами? Георгий Жаркой.

Самые выгодные покупки делают те, кто знает, где искать Подпишись на «Скидку для счастья» и перестань переплачивать! Каждый день команда канала мониторит весь интернет и сливает: Что сливают на канале каждый день: 🚗 Жирные купоны на еду и такси (поездки и обеды за полцены) 💰 Закрытые распродажи брендовой одежды и обуви 💻 Максимальные скидки на технику и баги маркетплейсов (Ozon, Я.Маркет) со скидками до -90% ⚡ Секретные промики, которые живут всего пару часов А еще на канале постоянно проходят розыгрыши крутых призов! Хватит переплачивать там, где можно сэкономить. 👍 Сохраняй канал, пока ссылку не удалили: Узнать больше #реклама max.ru О рекламодателе

Работали и копили всю жизньКогда после смерти Павла Семёновича стали разбирать старый шкаф, за стопкой пожелтевших газет нашли сберегательную книжку. На ней лежала записка, написанная его дрожащей рукой: «Здесь наша с Зиной жизнь. Потратить на дом и жить по-человечески».На книжке было почти десять тысяч рублей. Когда-то за эти деньги можно было купить несколько автомобилей или большой кирпичный дом. Только к тому времени, когда книжку нашли, всей суммы едва хватало на продукты и пару дешёвых сапог.Павел Семёнович и его жена Зинаида прожили вместе больше сорока лет. В Берёзовке их считали людьми справными: не пили, не ругались, работали от темноты до темноты. Детей у них не было, поэтому всё хозяйство держали вдвоём — корову, поросят, кур, огород и пасеку.Только жили они хуже многих бедняков.Дом у них был старый, с покосившимся крыльцом и крышей. В спальне стояла железная кровать с продавленной сеткой, на кухне — стол, сколоченный ещё Павловым отцом. Обои давно выцвели, половицы скрипели, а зимой в сенях намерзал лёд.Деньги у семьи водились. Павел хорошо зарабатывал трактористом, Зинаида трудилась на ферме и продавала на рынке сметану, творог и яйца. Только почти каждый заработанный рубль они относили в сберкассу.— На старость копим, — объяснял Павел. — Вот выйдем на пенсию, тогда и заживём.В молодости они мечтали купить мотоцикл. Павел даже присмотрел себе новенький «Иж» с коляской, чтобы ездить в район и возить оттуда продукты. Но перед самой покупкой передумал.— Обойдёмся автобусом. Деньги целее будут.Потом Зинаида захотела швейную машинку.— Я бы себе платья шила, тебе рубашки, — говорила она. — И соседки за работу платили бы.— Старой бабушкиной шей.— Она нитку рвёт и ткань жуёт.— Зато бесплатная.Машинку так и не купили. Зинаида донашивала старые платья, ставила заплатки на Павловы штаны и каждый раз складывала сэкономленные деньги в жестяную коробку. В конце месяца муж относил их в сберкассу.Они экономили даже на еде. Мясо продавали, а сами ели картошку, капусту и пустые щи. Хорошее сливочное масло Зинаида возила на рынок, а кашу заправляла ложкой подсолнечного. Яйца пересчитывала по вечерам, чтобы ни одно не разбить на яичницу.— Когда же вы для себя жить будете? — спрашивала соседка Марфа.— Успеем, — отвечал Павел. — Сейчас ноги крепкие, можно и потерпеть. А в старости силы уйдут — вот тогда деньги и понадобятся.Однажды Зинаида увидела в магазине красивое зимнее пальто. Тёмно-синее, с меховым воротником и крупными пуговицами. Она несколько раз приходила его примерять, долго смотрела на себя в зеркало и даже попросила продавщицу отложить до субботы.Пальто сидело на ней так хорошо, что женщина словно помолодела лет на десять.В субботу Зинаида принесла деньги. Уже достала кошелёк, но потом передумала.— Нет, — тихо сказала она. — Не буду брать.— Почему? — удивилась продавщица. — Вы же всю неделю о нём мечтали.— Старое ещё носится.Она вернулась домой в потёртом пальтишке, продуваемом насквозь. Деньги отдала мужу, и вечером они вместе пересчитали накопления.— Ещё год-другой, — довольно сказал Павел, — и можно будет покупать дом в районе.— Зачем нам дом в районе? — На старости там удобнее. Больница рядом, магазины, вода в кране.Зинаида улыбнулась. Она представила светлую кухню, ванную, тёплые комнаты и большое окно с занавесками. Ради такой жизни можно было ещё немного потерпеть.Но год прошёл, потом другой, а дом они не купили.Сначала Павел решил, что цены скоро снизятся. Потом сказал, что торопиться некуда. Деньги лежат надёжно, а дом в Берёзовке ещё не развалился.На их серебряную свадьбу односельчане подарили супругам путёвку в санаторий. Павел съездил в район, узнал, сколько можно получить за неё деньгами, и вернул путёвку. — Отдыхать мы и дома можем.— Я никогда моря не видела, — призналась Зинаида.— Увидишь ещё.— Когда?— Вот выйдем на пенсию.Это «потом» стало главным словом в их доме. Потом они купят мебель. Потом починят крышу. Потом съездят к морю. Потом Зинаида будет носить красивые платья, а Павел заведёт машину.

В детстве меня травили ядом На завтрак вместо воды с лимоном и авокадо с перепелиными яйцами пашот мне давали глютен с трансжирами. Родители незатейливо называли это «хлеб с маслом». Масло было везде: в каше (между прочим, гречка была самая обычная, а не зелёная непроращённая. Значит, тоже яд или, на худой конец, «пустые углеводы»). В картошке (картошка! Подумать только! Картошка — это вам не нежный полезный батат и потому тоже яд и крахмал). В макаронах. Макароны были итальянские, твёрдых сортов, но они были из ужасной глютеновой пшеницы, которая не переваривается аж у 1 % населения. А не из гречневой экомуки с рисовых полей Бали. (Ищете логику? А её нет). Потому макароны — тоже яд. Шах и мат, мама. Мне давали молоко! Родители не знали, что это — слизь. И насморк у меня от молока… ну, и ещё немножечко от маминых обманутых ожиданий (психосоматика. Сопли — внутренний плач мамы. Это всем известно!). Ладно бы мне давали безлактозное молоко фермерской козы…. нет, коровье ядовитое молоко! Оно, видите ли, считалось полезным. А ещё я пила компот с сахаром. Не из ягод годжи со стевией, а из вишни с сахаром! И ела овощи, в которых нитраты. Моё любимое пирожное было «корзиночка» со взбитым кремом и повидлом внутри. Никаких тебе полезных нутриентов, только слизь, глютен, сахар и перебродившие нитратные яблоки. Ужасно. Вспоминаю — и ком в горле... Травиться было так вкусно… Сейчас корзиночки уже не те… Я ела мороженое. Не веганское замороженное манго с ягодами годжи, а белый пломбир в стаканчике (привет, глютен, здравствуй, гной и слизь!). Считалось, очень полезно, если дети едят молочку. Бедные родители, не знали, что травят нас гноем. Мама была прогрессивной, потому я пила отвар отрубей вместо БАДов с Айхерб и морковный сок вместо хлорофилла. Ну хоть тут постаралась. Если вы никогда не пробовали настоянный отвар из отрубей или капустный фреш, вы не знали вкуса жизни 90-х. ⠀ Я ела мясо и поглощала низкие вибрации. И, чтобы добить меня наверняка, мне делали прививки. Как я выжила? Думаю, сильный организм + капустный фреш всё превозмогли. Да и вышек 5g тогда ещё не было… Вот такое нелёгкое детство, да. Никаких тебе чиа пудингов, краффинов и бейонд мит. Пойду, что ли, картошечки пожарю, в смысле, на растопленном масле... гхи... карамелизирую батат… Ю.Шило

-Колька, да ты с ума сошел! Она ведь брошенка! Да еще и старше тебя!- мать вытирала слезы краешком платка.-Мам, ты хоть слова-то подбирай. Брошенка…Ну не сложилось у Лены… С кем не бывает? Ты знаешь, какая она замечательная! Я уверен, когда ты с ней познакомишься поближе, ты изменишь свое мнение о Лене.-А этот её… пострелёнок... Вся деревня от него воет. Что тут скажешь - безотцовщина!-Кстати, мама, давно хотел сказать тебе, что Лена беременна. Мы ждем ребенка.- Давно хотел сказать?! Всё, это уже последняя капля... - мать махнула на Кольку рукой, вышла в сенки и горько заплакала.Надежда Петровна растила сына одна. Муж умер, когда Николаю было 7 лет. Сын был гордостью матери. Красивый, умный, закончил престижный вуз, занимал высокую должность в администрации района, подавал большие надежды.Нет, она не позволит сыну испортить свое будущее! «Я буду бороться за счастье сына,- прошептала Надежда Петровна.- Если потребуется, к бабке Аксинье схожу. Пусть своими заговорами исправит ситуацию». Надежда решила, что действовать надо очень аккуратно. Если враждовать открыто, то она может навсегда потерять сына. «Жизнь сама все расставит на свои места. Я только помогу сыну увидеть, как он ошибался. Уж я-то открою ему глаза», - рассуждала женщина.***На семейном совете решено было, что молодые пока будут жить у свекрови. У Лены был небольшой саманный дом, в котором зимой было очень холодно. Елена и Николай решили, что со временем построят свой большой дом, где будет много места для детей.Проснется утром Надежда Петровна, а Елена уже щебечет на кухне.

Первая жена была бесплодна, и он развелся. Вторая —родила ему двоих, но умерла. А потом он кое-что понял... Они поженились рано. Ей — двадцать. Ему — двадцать три. Познакомились в райцентре на танцах. Она приехала из соседней деревни — тихая, с длинной косой, с глазами цвета речной воды. Он был местный — весёлый, шумный, первый парень на деревне. Гармонист. Балагур. — Всё, Петька пропал, — говорили мужики. — Окрутила его приезжая. А он и не спорил. Влюбился. Да так, что самому не верилось. Раньше за девками бегал — так, для смеху. А тут — как током ударило. Увидел её в клубе, в ситцевом платье, смущённую, — и всё. Ходил за ней три месяца. Провожал до общежития. Носил цветы. Стихи читал — чужие, из школьной программы, но от сердца. Она долго не соглашалась. Что-то её смущало. Может, разница — не в возрасте, а в характерах. Он — как ветер: сегодня здесь, завтра там. А она — как река: течёт медленно, но глубоко. Но он был настойчив. И она сдалась. Свадьбу сыграли шумно. Гуляли три дня. Мать Петра — дородная, властная Антонина — поджимала губы: «Невеста-то — ни роду ни племени. Кто её знает, чего от неё ждать». Но он не слушал. Ему казалось — вся жизнь впереди. Дом построят. Хозяйство заведут. Детей нарожают — троих, не меньше. Всё будет как у людей. Даже лучше. Первый год прошёл хорошо. Она оказалась работящей. Не пилила его за посиделки с мужиками. Не жадничала. Дом держала в чистоте. Готовила вкусно. И любила его — тихо, без громких слов, но так, что он чувствовал это каждый день. По тому, как она утром наливала ему чай. По тому, как встречала с работы. По тому, как ночью прижималась к плечу. Одно было плохо: детей не было. Сперва не тревожились. Думали — не получается сразу, бывает. Год прошёл — ничего. Два — ничего. На третий она сама забеспокоилась. Поехала в район, к врачу. Обследовалась. Вернулась — бледная, молчаливая. Он спросил: «Ну что там?» Она ответила: «Говорят, всё в порядке. Просто время нужно». Но время шло. Год за годом. Четыре года. Пять. А детей всё не было. Мать Петра начала донимать. Сперва намёками: «Что-то живота у Вальки твоей не видать. Может, порченая?» Потом — в открытую: «Сколько ждать-то, Петь? Баба в доме — для чего? Для детей! А эта что? Пустоцвет». Пётр отмахивался. Но внутри уже закипало. Не то чтобы он так уж хотел детей — хотел, конечно, как все. Но страшнее было другое: что люди скажут? Соседи. Родня. Мужики в гараже. У всех — дети. У одного — уже трое. У другого — двое. А у него — ничего. Как будто он не мужик вовсе. И он начал меняться. Сперва — молчал. Потом — стал раздражаться по пустякам. То суп недосолен. То рубашка не поглажена. То денег мало. Она терпела. Думала — устаёт, работа тяжёлая, бригадиром поставили, ответственность. Пройдёт. Но не проходило. Хуже того — он начал выпивать. Раньше — по праздникам, теперь — почти каждый вечер. Приходил навеселе, садился за стол, смотрел на неё тяжёлым взглядом. — Ну что, Валь? — говорил он. — Когда рожать-то будем? Или ты у нас вовсе пустая? Она молчала. А что тут скажешь? Однажды — это было на шестой год их брака — он пришёл совсем пьяный. Сел. Уставился. — Я тут подумал... Может, развестись нам? Она замерла с полотенцем в руках. — Ты о чём, Петь? — А о том, — он говорил с пьяной прямотой, — что детишек хочется. Своих. Настоящих. А ты — пустоцвет. Чего мне с тобой делать? Ждать, пока завянешь совсем? — Петь, я же обследовалась. Врачи говорят... — Что врачи говорят? — он ударил кулаком по столу. — Что здорова? А тогда почему? Почему у всех рожают, а ты нет? Может, до меня гуляла? Аборты делала? Вот теперь и не можешь! Она побледнела. Такого он ещё не говорил. — Ты же знаешь, что нет, — сказала она тихо. — Ничего я не знаю! — он встал. — В общем так: или рожаешь — или развод. Всё. Надоело. И вышел из дома. Хлопнул дверью.

- Я тебе должна, Коленька, открыть одну тайну. Не могу молчать. Да и незачем. Сколько мне ещё осталось... Один Господь знает. А так - поделюсь с тобой, и на душе станет легче. И прощаться с тобой проще будет.Так говорила мужу Анна, будучи прикованной к постели болезнью, которая не давала никаких шансов на выздоровление.Женщина давно уже смирилась с тем, что умирает. Всё приняла и ждала свой уход со спокойной душой.Но в эти дни очень хотелось ей поговорить с супругом по душам, как-то поддержать его и успокоить. Слишком тяжело переживал он её болезнь и неминуемо приближающуюся кончину.Анна уже много добрых слов сказала мужу, поблагодарила его за счастливую жизнь, которую она прожила рядом с ним. А сегодня вот решила открыть тайну.- Ты же помнишь, как мы с тобой познакомились? Моя тётя Маша нас познакомила. Они вместе с мамой твоей, моей любимой свекровушкой, работали. Ну вот...А что до этого было, тебе и неведомо...Я ведь, Коленька, с парнем дружила. Такая у нас любовь была. О... только вспомнить...А он меня предал, с соседкой нашей втайне от меня встречаться стал. Я как узнала, света белого невзвидела. Думала всё, конец мне - так страдала я, Коля...А тётя Маша решила меня познакомить с кем-нибудь. Как говорится, клин клином вышибают. И познакомила с тобой. А я сказала себе тогда, что замуж выйду за тебя. Обязательно. Назло тому, другому.Анна помолчала. Собиралась с силами, а сама исподволь на мужа поглядывала. Но никакого смятения в лице его не заметила. Он был так же добр, так же улыбался, держа её за руку.- Я ведь тебя тогда не любила. Совсем не любила, Коля. Всё делала назло тому предателю. И в первые месяцы нашей семейной жизни всё искала повод, чтобы уйти от тебя. Искала в тебе недостатки, признаки невнимания или проявления грубости. Причина нужна мне была, чтоб уйти. Искала, но так и не нашла...Я тебе скажу так - ты был очень хорошим мужем с самой первой минуты. Мне не в чем тебя упрекнуть, не за что поругать или осудить.Ты был так ласков, так непосредственен в своей простоте, твоя любовь ко мне была такой огромной, что не сдаться в твой плен было невозможно.И я растаяла. Постепенно я стала понимать, ощущать, что ты гораздо лучше и порядочнее того, о котором я так долго страдала. Да что там! Я поняла, что ты - самый лучший!Ты, мой муж, мой любимый, дорогой супруг - самый лучший человек на земле. Твоя огромная любовь не только излечила меня, но и помогла вновь ощутить это дивное чувство. Я тебя полюбила всей душой. И поняла тогда, что всё, что было у меня до тебя, такая мелочь, ерунда, глупость...А тот, другой, однажды встретился со мной и предложил бросить тебя и жить с ним. Дескать, старая любовь не ржавеет. Знаешь, Коля, куда я его послала? Ну ты догадываешься...И сегодня я тебе говорю спасибо за всё, что у нас было. И судьбе говорю спасибо за тебя - моего любимого. Мы скоро с тобой расстанемся, но ты сильно не печалься. Разлука не навсегда. Не могут навсегда расстаться две души, так любящие друг друга. Встреча будет, она нас ждёт впереди. Встреча ждёт все любящие сердца...Анна давно уже молчала. Но это молчание было наполненным. Оба вспоминали прекрасные мгновения совместной жизни. Муж гладил её руку. По его лицу текли слёзы. Это были слёзы любви и благодарности любимому человеку за счастье и радость. И за боль... Куда ж без неё.Автор: Про Жизнь и Счастье / Дзен

Родители школьников, проверьте, нет ли пробела в знаниях Если у ребёнка накопились пробелы по школьным предметам, сейчас их можно закрыть с возможностью заниматься бесплатно первые 2 месяца. Для учеников 1–8 классов открыли дополнительные занятия по основным предметам. Что вы получите: — Бесплатная диагностика реального уровня знаний — Меньше времени тратить на помощь с домашними заданиями — Не искать отдельно репетиторов по каждому предмету — Контролировать прогресс ребенка без постоянной проверки уроков — Сохранить время на работу, отдых и семью Большинство участников улучшают результаты уже в первые месяцы занятий. Бесплатная диагностика знаний — по ссылке. Записаться #реклама 16+ mrqz.me О рекламодателе

Подруга сидит в гостях: "Как тебе хорошо, все свое, бесплатное, и огурцы и помидоры и ягоды!" Уезжает с полной сумкой бесплатных банок с огурцами - помидорами, вареньями и т.д. К сестре едем тоже везем бесплатное. Друг мужа приезжает, тоже нагружаем. Банок - то много! Бесплатных... А потом слушаю подругу: "Вы когда ко мне за своими банками приедете? Мне уже надоело сумки по лоджии переставлять!" Друг, правда сам пустые банки привозит. Правда не те, что брал, другие, которые я потом на помойку выношу.. И вот надоело мне растить - крутить - дарить бесплатное... Семена, удобрения, навоз, лекарства от боли в спине, крышки, банки, сахар... Это только для них все бесплатное, а для меня - деньги и не малые плюс мое время. И решила я больше не сажать так много, чтоб потом раздавать. Все есть в магазинах. Пусть там покупают.

.....Сегодня я увидела, как в автобусе взрослые люди всем салоном воспитывали чужого ребёнка.....Мальчику было лет семь. Он сидел у окна, рядом стояла молодая женщина — скорее всего, мама. Свободных мест не было. На следующей остановке вошла пожилая женщина, огляделась и встала как раз возле них. Кто-то сзади сразу громко сказал: — Вот молодёжь пошла. Ребёнок сидит, бабушка стоит. Мама наклонилась к мальчику и что-то тихо спросила. Он замотал головой и сильнее прижался к окну. Тут подключилась другая пассажирка: — Нечего спрашивать! Поднять и всё. Мы в его возрасте старшим место уступали. Мальчик побледнел. Мама покраснела и сказала: — У него нога болит. Но разве людей остановишь, когда им уже выпала возможность почувствовать себя судьями? Посыпалось со всех сторон: «У всех что-нибудь болит», «Разбаловали детей», «Пешком надо ходить — здоровее будет». Один мужчина даже усмехнулся и сказал, что мальчик прекрасно выглядит. Вот это всегда поражает. Каким прибором некоторые люди определяют здоровье по лицу? Если нет гипса, крови и таблички с диагнозом, значит, человек притворяется? Мама наконец подняла штанину ребёнка. На ноге был ортез — пластиковая конструкция от колена почти до щиколотки. Видимо, под широкими брюками его никто не заметил. В автобусе стало тихо. Но самое неприятное случилось потом. Никто не извинился. Женщина, которая громче всех возмущалась, отвернулась к окну. Мужчина уткнулся в телефон. А пожилая пассажирка, ради которой устроили весь этот спектакль, вдруг сказала: — Да я вообще место не просила. Мне две остановки ехать. Мама снова опустила штанину сына. Руки у неё дрожали. Мальчик смотрел в пол и старался не заплакать. Я встала и предложила женщине сесть рядом с ним. Она сначала отказалась, но автобус дёрнулся, и я почти силой усадила её на своё место. До своей остановки я стояла возле дверей и злилась. Даже не на тех, кто не знал про больную ногу. Мы все иногда ошибаемся. Мы видим кусочек чужой жизни и делаем неверный вывод. Я злилась на то, с какой радостью они набросились на ребёнка. Будто им не место нужно было уступить, а срочно найти виноватого и при всех поставить его на место. И ещё я злилась на себя. Потому что первые секунд тридцать тоже молчала. Сидела и думала: вмешиваться или нет, а вдруг мама сама разберётся, а вдруг я только усугублю. Мы часто объясняем своё молчание деликатностью. Но иногда это просто удобство. Когда обижают не нас, всегда можно посмотреть в окно. Перед выходом я наклонилась к мальчику и сказала: — Ты ничего плохого не сделал. Он не ответил, только кивнул. Не знаю, запомнил ли он мои слова. Зато голоса тех взрослых, думаю, запомнит надолго. Детская память вообще странная штука: добрые слова иногда стираются, а чужое презрение остаётся на годы. С тех пор я решила для себя: если мне кажется, что кто-то поступает неправильно, сначала спрошу, нужна ли помощь. А выносить приговор по одному взгляду больше не буду. Слишком часто за «невоспитанностью» скрывается боль, за молчанием — страх, а за широкой штаниной — то, о чём человек совсем не обязан отчитываться перед целым автобусом.....

Как подать заявление на обнуление долгов? Граждане, которым тяжело платить, раз в 5 лет могут подать заявление на аннулирование обязательств по кредитам и другим долгам, если общая сумма долгов более 250 тр. Узнайте, доступно ли в вашем случае! Можно подать заявление и получить помощь, только если ситуация соответствует критериям. Доступно не всем, есть ограничения, условия, требования и последствия. Необходима консультация специалиста Подать заявку Банкротство влечет негативные последствия, в том числе ограничения на получение кредита и повторное банкротство в течение пяти лет. Предварительно обратитесь к своему кредитору и в МФЦ. #реклама оф-списание-долгов.рф О рекламодателе

Деревенский жлоб Когда после смерти Фёдора Кузьмича стали разбирать его сарай, под прогнившими половицами нашли монеты и целую пачку денег. Богатства хватило бы на новый дом, хорошую машину и безбедную старость. Только сам Фёдор последние годы ходил в рваных валенках, ел пустую картошку и каждый вечер жаловался соседям, что умирает от нищеты. Но страшнее всего оказалось другое. На дне его старого колодца лежал мешок с вещами женщины, которую в Берёзовке считали пропавшей много лет. Фёдор Кузьмич всегда был человеком жадным. Не бережливым, родные мои, а именно жадным. Бережливый человек цену труду знает, но и другим помогает. Дом у него стоял крепкий, с высоким забором и тяжёлым железным замком на калитке. За домом находились два сарая, погреб и большой амбар. Там Фёдор хранил зерно, муку, сахар, керосин, гвозди, старую одежду и даже ржавые детали от тракторов. Ничего не выбрасывал и никому не отдавал. — В хозяйстве всё пригодится, — говорил он. — А тебе зачем три сломанные косы? — спрашивали мужики. — Не ваше дело. Моё — значит, пусть лежит. Жил Фёдор с женой Анной. Женщина она была тихая, добрая и несчастная. Летом работала на ферме, зимой вязала носки на продажу, держала огород и двух коров. Деньги отдавала мужу, потому что он уверял, будто копит на новый дом. Только дома нового так и не появилось. Когда Анне требовалось купить сапоги, Фёдор сердился. — Старые ещё не развалились. — Они воду пропускают. — Положи внутрь газету. Если она просила денег на лекарство, он сначала пересчитывал таблетки. — Тебе врач велел три раза в день, а ты принимай два. Дольше хватит. Анна стыдилась рассказывать об этом людям. Она защищала мужа и говорила, что живут они трудно, потому и приходится экономить. Но все видели: Фёдор не бедный. Он продавал молоко, мясо, картошку, держал пасеку. Однажды весной ко мне прибежала соседская девочка. — Тётя Вера, скорее! Тете Ане плохо! Анну нашли возле сарая. Она лежала на земле, прижимая руки к животу. Оказалось, женщина несколько дней терпела сильную боль, потому что Фёдор не хотел нанимать машину до районной больницы. — Автобус в четверг будет, — говорил он. — Вот и поедешь. До четверга Анна могла не дожить. Мы с соседями сами отвезли её в район. Врачи сделали операцию и сказали, что обратись она ещё позже — спасти бы не удалось. Фёдор приехал только через неделю. Принёс жене две варёные картофелины и маленькое яблоко. — Здесь лечение бесплатное, — заявил он. — Чего ещё тебе надо?После больницы Анна словно изменилась. Раньше она боялась мужа, а теперь стала чаще ему возражать. Однажды продала вязаные вещи и сама купила себе зимнее пальто. Когда Фёдор узнал цену, едва не сорвал обновку с её плеч.— Мы могли эти деньги отложить!— На что?— На старость.— Я до неё в твоих обносках не доживу.Фёдор молчал весь вечер, а утром спрятал новое пальто в сарае. Анна нашла его только через месяц — погрызенное мышами. После этого они стали жить совсем плохо. Не дрались, не кричали, но в доме словно поселился холод. Анна готовила себе отдельно, деньги больше мужу не отдавала и начала понемногу откладывать.Она мечтала уехать к сестре в город. Та звала её давно, обещала устроить санитаркой в больницу и помочь с жильём. Анна боялась начинать новую жизнь, но оставаться с Фёдором уже не могла.О своих планах она рассказала только мне.— Уеду тихо, Вера, — сказала Анна. — Если он узнает, отберёт деньги и документы.— А вещи?— Много не возьму. Платья, фотографии да мамин платок. Всё остальное пусть ему остаётся.Она собиралась уехать в субботу ранним автобусом. Я должна была встретить её возле остановки и помочь донести сумку. Но Анна не пришла. Я прождала почти час, а потом пошла к ней домой. Калитка была заперта. Фёдор стоял во дворе и колол дрова.— Где Анна? — спросила я.— Уехала.— Куда?— К сестре своей. Ночью попутная машина подвернулась.— Почему вещи оставила?— Значит, не нужны. Мне сразу стало тревожно. Анна не могла уехать без фотографий и маминого платка. А ещё она никогда не села бы ночью к незнакомому водителю.

Пожилые супpуги вспомнили свое детство и pешили посетить школьный двоp, где они в пеpвый pаз встpетились. Там они поцеловались в том же углу, где они когда-то поцеловались в пеpвый pаз. По доpоге домой они нашли мешок с деньгами. Hа следующий день к ним пpиходят двое полицейских и спpашивают: - Мы опpашиваем жителей pайона, не находил ли кто-нибудь мешок денег. Жена все отpицает, а муж, чувствуя вину, pешил пpизнаться. - Вы уж его извините, - говоpит жена, - он уже стаpый, и с головой у него... того. Однако, муж настаивает: - Hет, я в здpавом уме. Вчеpа, когда мы с женой целовались после школы… - Понятно, - говоpит один полицейский дpугому, - пошли дальше.😄 Александр Бор. Рассказы.

😮‍💨 Просыпаетесь уже уставшей — даже если вроде бы отдыхали? Иногда дело не в количестве сна. Силы съедают постоянное напряжение, тревожные мысли и привычка всё держать под контролем. 🎧 Александр Свияш создал нейрокорректоры — аудиопрограммы с закодированными аффирмациями. Их можно слушать в фоне во время обычных дел. Получите бесплатный доступ к «Живи легко». Это мягкий первый шаг к более спокойному внутреннему состоянию, меньшему напряжению и ощущению, что жить можно не только «через надо». ✨ Попробовать бесплатно После регистрации доступ откроется автоматически.

«Мам, освободи комнату, у нас будет ребёнок». Сын сказал это в квартире, которую я купила сама Ваня сидел на моей кухне, пил чай из моей кружки и говорил о том, что мне пора переехать в комнату поменьше. Я стояла у плиты, помешивала суп и молчала. «Мам, ну ты же понимаешь. У нас ребёнок будет. Нам нужно больше места. А тебе одной комнаты хватит». Я выключила конфорку. Обернулась. Ваня смотрел на меня с ожиданием в глазах, как будто предложил что-то очевидное и разумное. «Это моя квартира, Ваня», сказала я. Он кивнул. «Ну да. Но мы же семья». *** Меня зовут Ольга, мне пятьдесят два года. Работаю бухгалтером в торговой компании, белая зарплата, стаж двадцать восемь лет. Эту квартиру купила восемь лет назад, трёхкомнатную, в панельной девятиэтажке на окраине Нижнего Новгорода. Копила десять лет, потом взяла ипотеку, выплатила за пять. Живу одна. Бывший муж ушёл давно, когда Ване было двенадцать. Алименты платил через раз, потом вообще перестал. Я не судилась, просто работала. Растила сына, снимали однушку, экономили на всём. Ваня учился в обычной школе, потом в техникуме, на бюджет прошёл. Я гордилась. Когда ему исполнилось двадцать, я купила эту квартиру. Три комнаты, кухня, санузел раздельный. Я выделила Ване самую большую комнату, себе взяла среднюю. Третья была для гостей, но гостей не было. Ваня прописался здесь сразу. Я тоже. Это наш дом, думала я тогда. *** Два года назад Ваня привёл Свету. Познакомил, сказал, что это его девушка. Света улыбалась, говорила комплименты квартире, спрашивала рецепты. Я обрадовалась. Ване двадцать шесть, пора. Через полгода он сказал, что хочет, чтобы Света переехала к нам. Я не возражала. Комната у него большая, места хватит. Света перевезла вещи, стала жить с нами. Сначала было нормально. Она помогала на кухне, убиралась в своей комнате, здоровалась. Потом начала оставлять вещи в ванной, ставить свою косметику на полку, занимать стиральную машину на полдня. Я ничего не говорила. Ваня устроился на работу менеджером по продажам, зарплата небольшая, но стабильная. Света работала администратором в салоне красоты. Вместе они могли снять жильё. Я спросила у Вани, планируют ли они. Он удивился. Сказал: «Зачем? Здесь же хорошо». Я кивнула. *** Месяц назад Ваня сообщил, что Света беременна. Я поздравила их, обняла, обрадовалась. Внук или внучка, это прекрасно. Я представляла, как буду нянчить, помогать, покупать игрушки. Через неделю Ваня зашёл ко мне в комнату. Сел на кровать и сказал, что им нужно поговорить. Я отложила книгу. «Мам, Света беременна, тебе известно. Нам нужна детская. Комната у нас большая, но мы хотим, чтобы ребёнок спал отдельно». Я кивнула. «Понимаю». «Вот. И мы подумали, что ты могла бы переехать в гостевую. Она меньше, но тебе одной хватит. А мы возьмём твою комнату под детскую». Я посмотрела на него. Ваня смотрел серьёзно, без улыбки. Он ждал ответа. «Ты хочешь, чтобы я отдала свою комнату?» «Ну да. Тебе же не жалко? Это для ребёнка». Я молчала. Ваня добавил: «Мам, ну мы же семья. Ты будешь бабушкой. Разве ты не хочешь помочь?» «Ваня, это моя квартира», сказала я. Он кивнул. «Ну да. Но я твой сын. И это будет твой внук». *** Я не согласилась сразу. Сказала, что подумаю. Ваня ушёл. Света в тот вечер смотрела на меня как-то холодно, не здоровалась. Я думала всю ночь. Комната у меня действительно больше, чем гостевая. Там окна на юг, светло, тепло. В гостевой окно на север, зимой холодно, батарея плохо греет. Но это моя комната. Я выбрала её, когда покупала квартиру. Там мои вещи, мой шкаф, моя кровать. Я люблю просыпаться в этой комнате, смотреть в окно, где видны деревья. Я купила эту квартиру сама. Копила, работала, выплачивала ипотеку. Ваня не вложил ни рубля.

Курсы подготовки к ОГЭ/ЕГЭ при ВУЗе — Унпк МФТИ. Унпк МФТИ объявляет набор на онлайн и очное обучение для 3 – 11 классов 2026—2027 учебный год. ⚡Хотите, чтобы ваш ребенок подготовился к экзаменам, не выходя из дома? Присоединяйтесь в нашу онлайн-школу! Мы предлагаем: 📚Направления подготовки: Математика, Физика, Информатика и многое другое! 🎓 Преподаватели из лучших ВУЗов России: МФТИ, МГТУ, ВШЭ. 💻 Гибкий график: занятия в удобное время. - Подготовка к экзаменам и олимпиадам! - Интерактивные занятия и поддержка 24/7! Лицензия УНПК МФТИ от Министерства образования России дает вам преимущества по сравнению с коммерческими курсами: После завершения обучения вы получаете право на налоговый вычет в размере 13%; Вы можете оплатить обучение средствами материнского капитала. Узнать больше #реклама 16+ kmipt.ru О рекламодателе

15 родов за 23 года брака и ни разу без мужа: удивительная история семьи Роговых из МосквыВ столичном роддоме ГКБ имени Вересаева зафиксировали абсолютный рекорд: 41-летняя Надежда Рогова стала мамой в пятнадцатый раз! Малышка Вера весом 3200 граммов родилась в новом современном корпусе на Лобненской улице. Теперь у супругов подрастают 10 дочерей и 5 сыновей. Журналистам удалось узнать потрясающие подробности жизни этой уникальной семьи: Надежда и её муж Иван поженились 23 года назад. Он тогда работал плотником, а она училась на медсестру. В 2004 году у них родился первенец — дочь Татьяна. С тех пор Надежда посвятила себя семье и, по словам мужа, «из декрета так больше и не выходила». Удивительно, но все 15 детей появились на свет абсолютно естественно, без единой эпидуральной анестезии или кесарева сечения. При этом многодетная мама отмечает, что каждые роды проходят так же долго и ответственно, как самые первые. Начиная с пятых родов, когда в больницах официально разрешили присутствие партнёров, глава семьи Иван не пропустил ни одного появления на свет своих детей. Он лично перерезал пуповину и каждую минуту поддерживал супругу. ‍Старшие дети Роговых уже выросли — первыми помощниками мамы стали 22-летняя Татьяна и 20-летний Александр. Младшие родились с минимальной разницей: четырнадцатый ребёнок, сын Алёша, появился на свет в этом же роддоме всего год назад. Сами родители признаются, что материально поднимать такую большую семью в Москве очень непросто, но они никогда не ставили целей по количеству — просто принимали каждого ребёнка с любовью и благодарностью.

Вот так выглядела связь с миром — через стеклянную будку и терпение ребёнка.Москва, 1969 год. Мама в телефонной кабине, серьёзный разговор по городскому телефону. Рядом — дочка, в фиолетовой кофточке и с бантиком, держит мороженое и послушно ждёт. Никаких смартфонов, никаких быстрых сообщений. Чтобы позвонить — нужно выйти на улицу, найти автомат, опустить монету и надеяться, что линия свободна.Телефонный разговор тогда был событием. Звонили родным, договаривались о встречах, передавали важные новости. И дети учились ждать. Спокойно, без истерик, наблюдая за взрослыми делами.В этом кадре — простая городская сцена, но в ней столько тепла. Доверие, безопасность, обычный день большого города. Мама рядом, разговор закончится — и они пойдут дальше по своим делам.

В деревне нашу бабу Таню уважают все – до пенсии она работала акушеркой. Нет в округе такой семьи, где Татьяна Леонтьевна не приняла бы ребёнка. Сама себя она величает «женчина с гвоздём», но бахвалиться не любит и считает, что ничего особенного в жизни не сделала. День рождения бабы Тани в разгар лета – в июле. Когда у бабушки близится юбилейная дата, интересно наблюдать за подготовкой к этому событию. Начинается с того, что наш папа говорит: - Мам, через два месяца твой юбилей! Собирать-то народ будем? Чего из города привезти? Винограду, балыка, ананасов? Баба Таня всплёскивает руками: она вся в заботах, ей не до себя и тем более не до грядущих именин. - Бог с тобой, кого «собирать»? Што за праздник? Да какой это юбилей – мне всего шкафырнадцать с осьмушкой! Ничего делать не буду. Приглашу вон Майю да Катю, да вы приедете. С тем и посидим. Майя и Катя – близкие бабушкины подруги, они тоже работали в больнице. Папа прячет улыбку и подмигивает нам, словно намекает: «Запомнили, да? Погодите, скоро начнётся! Баба Таня всем даст гвоздя!» Целую неделю бабушка повторяет, что никаких застолий не планирует. Всё будет скромно и тихо. – Катенька да Майюшка придут, и ладно… - говорит она. – Ну, Веру Петровну позову. Кого ещё? Алексея Михалыча по-соседски позвать хотела, но он же опять напьётся как саратовский бабай! От греха его, он с моим дедом опосля наверстает. Вместе с вами за стол наберётся восемь персон. Больше ни-ни! - А если Валера из Ижевска приедет? – спрашивает мама. - Приедет – приму, во дворе не оставлю. С Валеркой и евонными будет нас двенадцать, - подытоживает бабушка. – Сядем на кухне, все поместимся. По ложке кашки да по рюмашке, вот и день рожденья у старухи. До дня рождения остаётся месяц. Бабушка по-прежнему делает вид, что не готовится к торжеству, однако мы с сестрёнкой наблюдаем в доме еле уловимые перемены. Мы замечаем, что дедушка подновил и почистил все столы, сваленные в амбаре. В кладовке прибавилось мешков, а на летней кухне едко пахнет чем-то острым, скипидарным, горьковатым. Значит, дедушка начал загодя гнать самогон. - Нам допьяна не надо, по рюмочке-две! – уверяет бабуля. – И это… Коль, свози меня до села закупиться? В нашем-то магазине шаром покати. - Поехали, мама, - папа снова подмигивает нам. – А чего надо-то? Позвонила бы – я б давно привёз. - Дык чо, чо… - бабушка роется в карманах. – Гречки да соли, вот чо! Иди заводи свою дребезжалку! Я ещё эти… как их… оливки я хотела, во! Да я записала тут себе… Из кармана баба Таня извлекает многократно сложенный огромный листок, исписанный с двух сторон. Это перечень необходимых продуктов на «маленькие именины». Становится ясно: даром времени она не теряла. - Тут добавилось кой-кого, - бабушка пересматривает имена приглашённых, нацарапанные сбоку. – Майя да Катя – это понятно. Вера Петровна, потом Кузьмовна с невесткой, да трое Сандыкиных… да соседа Лексея Михалыча дед упросил позвать. Хоть и напьётся он, холера, непременно! Итого семнадцать душ. Поехали. Одной поездкой дело не ограничивается. Папа превращается в снабженца-извозчика. С каждым днём бабушка умудряется припасти то и это, и постоянно беспокоится, что чего-нибудь не хватит. - Значит, пир всё-таки будет? – подтрунивает папа. - Окстись, какой пир? – сердится бабушка. – Еле-еле двадцать человек… да ещё двоих пригласила. Посидим часик-другой – и вся тебе гульба. Лишь бы Алексей Михалыч раньше срока не напился как саратовский бабай… Папа смотрит в угол, где поблёскивают трёхлитровые банки с отборным самогоном. Пятнадцать банок! Я пока не умею умножать числа, но догадываюсь, что это довольно много. – Сорок пять литров первача! – говорит папа. – На двадцать человек гостей, минус дети… н-да… маловато будет. Что тут пить-то? Только разговеться.

— Танюш, где мои плоскогубцы? – раздраженно спросил у жены Василий. – Они же только что здесь лежали!Таня тяжело вздохнула. Опять началось.Она с мужем за свою жизнь объездили всю страну. Но поженились здесь, на Кубани, хоть и был Вася родом с Поволжья, из деревни Дубравка.Познакомились они во время его службы. Танюшка училась в Ростове, а Вася там служил. Пошел как-то с другом в увольнение, увидел Таню и, забыв про друга, просто пошел за ней. Она сначала испугалась, а потом увидела, как он на нее смотрит и улыбнулась. Она и сейчас так улыбается, глядя на своего мужа. Ведь любовь в его взгляде так и не иссякла. Они тогда вместе приехали к ней в станицу. Таня перевелась на заочное, Вася выучился на сварщика и никогда не сидел без работы.Потом они уехали на Север, родили там двух девчонок, через пятнадцать лет переехали в Саратов. Устроились неплохо, дочери вышли там замуж, но заболел Танин папа и они решили вернуться на Кубань, поближе к ее родителям. Наконец, Вася занялся своим любимым хозяйством.Отремонтировал купленный старенький домик, новый забор поставил, хотел крышу поменять, но случилось несчастье, умер от болезни Танюшин папа. Мама так тяжело переживала потерю, что решено было продать свой дом и переехать к маме, в родительский. Вот тут все и началось…Мама рассказывала, что у них в доме домовой живет, папе частенько помогал. То кран, оставленный открытым, перекроет, то поможет деталь какую потерянную найти. Однажды папу от змеи спас, папа рано утром вышел в огород, а змея на солнышке пригрелась, он ее и не заметил. Увидел лишь, когда она голову на него подняла, всего в метре от его босых ног. Вдруг из ниоткуда прилетела ветка, сбила змею, та и уползла, испугавшись.Папа не признавался, что верит в домового, но один раз мама заметила, что он печеньку на подоконник положил и прошептал: «Спасибо, друг, это тебе». Мама сделала вид, что ничего не заметила.Но, видно, мужа Таниного домовой невзлюбил. Уж сколько вредностей успел за этот год ему сделать! То отвертку спрячет, то баночку с гвоздями рассыплет. Один раз встал Вася на табурет, так откуда только вода под ножкой оказалась, поехала табуретка, упал Вася с нее, хорошо, ничего не сломал. Но, самое обидное, кольцо Васино обручальное спрятал, Вася снял его зачем-то, оно и исчезло. Прямо с полочки в шкафу. Всем семейством весь дом обыскали, безрезультатно! Клавдия, мама Танюши уж и конфеты домовому оставляла, и платочек на ножку стола привязывала, и уговаривала быть подружелюбнее, просила колечко отдать, ничего не помогло. А сам Вася ни во что такое не верил, говорил, что все это сказки!Почему домовой был так зол на Васю, женщины не понимали. Ведь мужчина был очень хорошим хозяином. Танин папа гвозди то плохо забивал, больше по пальцам попадал, не говоря уж про постройку нового сарая или подвала. Но он был очень мягким и добрым человеком, жену никогда и словом не обидел, детей, Танечку и Андрюшку просто обожал, все время играл с ними, сказки вместе с ними по телевизору смотрел.Вася же был грубоват, прямолинеен. Но жену свою тоже очень любил, всю жизнь ее не иначе как ласково Танюшей называл, в дочерях души не чаял, тещу уважал, но не умел он был нежным, мягким. Таня знала это, любила и принимала мужа таким, каким он был. Зато хозяином он был отменным! И кирпич положить, и деревья посадить – обработать, и дверь железную своими руками собрать и поставить, все умел, все у него в руках горело, спорилось! За год он старенький домик, в котором выросла его Танюшка, полностью отремонтировал, огород вычистил, новый сад посадил, для тещи даже кресло-качалку поставил под новый навес.Но с домовым не сладил. Вот и сегодня, опять плоскогубцы спрятал. Таня развела руками и ничего мужу не ответила. Вдруг Вася схватился за грyдь. Побледнел и медленно пошел в дом. Это был первый проблеск горя, опять пришедшего в их дом.

Клинический логопед: переподготовка за 6 месяцев. Диплом Освойте востребованную профессию медицинского (клинического) логопеда — специалиста на стыке медицины и педагогики Обучение доступно даже без медицинского образования! Диплом вносится в ФИС ФРДО. Программа: ✅ 21 модуль, 620 ак. часов — клиническая логопедия, нейропсихология, дефектология ✅ Работа с афазией, дизартрией, дисфагией, последствиями инсульта и ДЦП ✅ Полностью онлайн, доступ 24/7, поддержка куратора Доход специалиста: 💰 В клинике — от 60 000 ₽/мес 💰 Частная практика — до 6 000 ₽ за занятие Вы получите: Диплом установленного образца (ФИС ФРДО) + Подарок: курс «Логомассаж» (108 ак.ч) с удостоверением Рассрочка 0% — от 1 916 ₽/мес Оставьте заявку — менеджер бесплатно проконсультирует и подберёт программу. Подать заявку #реклама 16+ kursmedik.ru О рекламодателе

Как Васька деда усыновила Пятилетняя Васька обожала всякую живность, и эта любовь была взаимной. У неё в кармане всегда было припасено угощение: хлебушек для птичек, кусок котлеты для кошек и собак. Платья без карманов Васька даже мерить отказывалась. А её мама уже просто смирилась с вечно грязными карманами.Пока мама занималась хозяйством, Васька которая не могла сидеть на месте, успевала сделать круг по всей их небольшой деревне. Заглянет в каждый двор, с каждым поговорит. Везде её радостно встречали и любили за доброту и внимание. Жизнерадостной Ваське никогда не было скучно, тем более, что у неё всегда была компания,ведь всегда во время прогулок следом за ней таскался какой-нибудь кот или пёс.Начинала свой обход Васька с соседнего дома в котором жил дед Аркадий. Он сидел в это время на лавке возле своего дома и Васька садилась рядом, дрыгала ножками пару минут и убегала дальше. Иногда они разговаривали. Вот и в этот раз Васька поинтересовалась: почему дед такой грустный и почему живёт один?- Жены уж несколько лет как нет, а сын, так и не женился. Не дождусь видно внуков. Всё деньги зарабатывает. Бизнесмен. - Дед Аркадий тяжело вздохнул - А кому они деньги то? Звал меня к себе, да что мне там в городе...- Так ты грустный потому что у тебя нет внучки? - догадалась Васька. - Так давай я тебя усыновлю! Будешь моим дедом!Счастливая от того, что она так ловко всё придумала, Васька даже захлопала в ладоши и весело засмеялась. Ну как тут откажешь?Вечером она спросила у мамы, что должна делать внучка? Её бабушка жила очень далеко, виделись они совсем редко.- Помнишь мы ездили в гости к бабашке? - ответила мама - она поила тебя чаем, а ты рассказывала ей стишок.На следующий день Васька взяла сидевшего на лавочке деда Аркашу за руку и потащила в дом.- Я расскажу тебе стишок, - на ходу объясняла она - а ты угостишь меня чаем.- Чаем? Это можно.Вот так началась их многолетняя дружба. Вся деревня заметила, что дед Аркадий повеселел. Теперь он часто забегал в магазин за конфетами и пряниками. Варил варенье. Вырезал из дерева, чего не делал уже много лет. Однажды он подарил Васёне петушка и зайчика, которых вырезал специально для неё из дерева. Игрушки были настолько чудесными, что открывшая от восхищения рот Васька прошептала:- Деда, ты волшебник!А непоседливая Васька специально для деда Аркаши учила стихи. По мере взросления, прибегавшая из школы Васька помогала деду по дому.- Ты деда отдохни - говорила она - а я помою пол и спою тебе песенку.И вот однажды прибежавшая Васька застала деда лежащего на своей постели. Говорить он не мог, был очень бледный и только слегка сжал её руку и через силу попробовал улыбнуться. Перепуганная Васька сбегала за мамой, а та уже вызвала скорую помощь и позвонила сыну деда Аркаши. Пока ждали скорую Васька держала деда за руку и шептала:- Деда, ты только выздоравливай, хорошо? Я буду тебя ждать, деда.Как только закрылись двери машины скорой помощи, у Васьки подкосились ноги от навалившегося на неё страшного предчувствия. Всегда жизнерадостная и неунывающая Васька ещё долго сидела у дороги и ревела от первого в своей жизни большого горя.Васька выросла и теперь живёт в городе. Она всё такая же жизнерадостная и неунывающая.Её непоседливость так и не позволила ей выучится на врача или хотя бы на медсестру, как она хотела. И она работает в детской больнице санитаркой. Но ей нравится её работа. Дети её любят. Если кому-то из маленьких пациентов становится страшно или просто грустно, они всегда зовут её. Василиса всегда утешит, отвлечёт. А дома её ждёт любящая семья. Муж Женя и два озорных сыночка с вечно грязными карманами. У них дома три кошки, собака и хомячок. И на полочке в серванте, на самом видном месте, стоят деревянные петушок и зайчик.

Папаша.Костя развелся с первой женой, потому что она мало его любила. Он так и сказал: «Мало!»А ему хотелось, чтобы любви, внимания и заботы было гораздо больше.Костя с детства знал от мамы, что хорошая жена должна любить и уважать мужа, смотреть за порядком в доме, готовить, стирать, детей рожать, воспитывать их. И, разумеется, быть послушной, ласковой, доброй. Ну, как… Золушка…Сначала Косте показалось, что Лена – именно та женщина, которую он искал. Мужчина ухаживал за ней целый год и решил, что знает как облупленную.Однако, после свадьбы, когда молодая чета стала жить отдельно, Лена оказалась совсем другой. Нет, она делала все, что нужно, но, как казалось Косте, вкладывала в это очень мало любви.Прибежит с работы, ужин на скорую руку состряпает и подает мужу. Сначала Костя смиренно ел то, что она ему давала, но потом стал возмущаться:– Не хочу я твоей картошки! И макароны твои в горле застревают! Надоело! Я голубцы люблю!– Костик, милый, – миролюбиво отвечала жена, – голубцы приготовлю в выходной день. И побольше, чтобы на три ужина вперед хватило. А сейчас не будь букой, не злись. Я ведь тоже с работы. Забегалась за день, еще магазин, очереди…– Нашла оправдание! Ты должна все успевать! А не успеваешь – вставай раньше! Моя мама с петухами поднималась, чтобы на весь день еды наготовить. И не просто еды: только то, что каждый из нас любил. Если бы ты моему отцу вот эти вот макароны подсунула, да вот с этими котлетами, он бы тебе их в голову запустил!– А ты запусти, попробуй! – Лена приняла угрожающий вид, – в ответ сковородку ловить будешь!– Вот-вот, – ухмыльнулся Костик, – я и говорю: никудышная ты у меня…– Другую найди, – обиженно отмахнулась жена…Долго дуться Лена не умела, поэтому взбрыки мужа списывала на притирку характеров. Она искренне старалась соответствовать его ожиданиям. Пока не родились близнецы…Грудной ребенок требует много внимания, а уж, если их сразу двое – и говорить нечего.Дни Лены пролетали мгновенно. Частенько она не успевала то квартиру убрать, то выгладить белье, то наготовить мужу голубцов, отбивных и прочих его любимых блюд.Костик долго терпеть не стал:– Ты совсем обнаглела, – уже через пару-тройку месяцев заявил он, – сидишь дома, бардак развела! А я, между прочим, вкалываю! Почему пожрать нечего?! Сама ешь свою кашу! Я что, на мясо не заработал?!– Костя, мальчишки такие маленькие. Им забота нужна. Ежесекундная. И днем, и ночью. Я устаю, не высыпаюсь. Ты не помогаешь. Потерпи немножко, они подрастут и все наладится, – уговаривала жена.– Потерпеть? Ты серьезно? Забыла кто в доме хозяин! И о какой помощи ты говоришь? Хватит того, что я вас содержу!– Но ведь это твои дети, Костя, – попыталась урезонить мужа Лена, – ты просто обязан о них заботиться.– Мои. А может, и не мои. Кто вас баб разберет, – грубо бросил Костя и ушел, громко хлопнув дверью. Нет, на самом деле он так не думал. Просто хотел «поставить жену на место».А вот Лена приняла эти слова буквально. Оскорбилась. И подала на развод.

Отличник за 15 минут в день - начальная школа! 🏆 Ежедневные тренировки «за руку» с учителем по цене одного занятия с репетитором. Учитель начальных классов Галина Геннадьевна Прохорова 👩‍🏫, - стаж 35+ лет, - изобрела и запатентовала инновационную разлиновку для прописи, - победитель конкурса "Учитель Года" в категории "Учение с увлечением», - автор множества пособий для начальной школы приглашает Вас на свой канал Учитель Прохорова | начальная школа. Отличник - это не талант, а навык, который мы тренируем вместе. 🫂 Тренировки по направлениям: "Математика до автоматизма", "Тренируем память" "Читаем вместе + русский на отлично" доступны каждому! Избавьте себя от ежедневного стресса и получите внимательного умного ученика! Подписывайтесь на канал и скачивайте тренажёры счета бесплатно прямо сейчас! ⚡️

Женская обувь из Европы на сайте Shopping Live! Скидка 1000 руб. на первую покупку от 2999 руб. в интернет-магазине Shopping Live! Промокод МАКС Перейти на сайт #реклама m.shoppinglive.ru О рекламодателе

Олег женился на Наде назло своей возлюбленной. Хотел ей доказать, что не страдает от того, что его бросила. Они с Марией встречались почти два года. Олег любил её так, что сносило голову: был готов носить на руках и сворачивать горы ради Машки. Считал, что дело идёт к свадьбе. Правда, ему не очень нравилось, когда она отнекивалась: – Зачем нам сейчас жениться? Я ещё институт не закончила, у тебя на фирме дела идут ни шатко, ни валко. Ни тачки приличной, ни жилья своего. Олька, конечно, моя лучшая подруга, но встречаться с ней каждое утро на кухне, я не хочу. Вот если бы ты дом не продал, жили бы там. Это немного обижало Олега. Но правота в словах Маши была: они с сестрой жили в квартире, что осталась родителей, и в делах семейного бизнеса он только-только начал разбираться. Кто же знал, что придётся брать управление в свои руки, не закончив университет? Олег и так разрывался, стараясь вытянуть компанию и получить диплом. Дом продавали по обоюдному согласию с Олей. Решили, что важнее сохранить бизнес. За полгода, пока не вступили в наследство, долги накопились, оба студенты – он на последнем курсе, Оля – на третий перешла. Продажа дома позволила закрыть всё, что задолжали, часть вложить в закупку товара для магазина, и ещё подушка безопасности осталась. А Маша считала, что нужно жить здесь и сейчас, а не ждать мифического завтра. Её хорошо так рассуждать под крылышком у родителей. А когда вот так, в одночасье, становишься старшим в семье, надеждой и опорой для сестры, начинаешь думать по-другому. Дела наладит, будет и машина хорошая, и дом, и сад. Ничего не предвещало беды. Ждал Машу на остановке у кинотеатра, по телефону договорились сходить на новый фильм. Она сама сказала, чтобы не заезжал за ней. Олег удивился этому, не любила Маша общественный транспорт. Высматривал её с маршрутки, а она подкатила на крутой тачке. – Извини, мы больше не можем быть вместе. Я выхожу замуж, – она сунула Олегу в руки какую-то книгу, развернулась и села в машину. Олег долго стоял, переваривая услышанное. Что могло случиться за три дня, пока его не было в городе? Оля всё поняла по лицу Олега: – Уже знаешь? Молча кивнул. – Нашла богатенького Буратино. Двадцать пятого свадьба. Меня в свидетельницы звала, я отказалась. Подлая она! За спиной у тебя шашни крутила, – Оля расплакалась от обиды за брата. – Успокойся, – он гладил сестру, как маленькую, по голове. – Пусть у неё всё будет хорошо, а у нас ещё лучше. Почти на сутки заперся в комнате. Оля скулила под дверью: – Ну, хоть покушай. Я блинчиков испекла. Под вечер вышел с горящими глазами: – Собирайся, – велел он сестре. – Что ты задумал? – Женюсь на первой встречной, которая согласится выйти за меня замуж, – ответил Олег. – Так нельзя, – пыталась образумить его Оля. – Ты не только со своей жизнью играешь. Но всё было бесполезно. – Не пойдёшь со мной, пойду один. В парке гуляло много народа. Одна девушка, услышав предложение, покрутила пальцем у виска. Вторая – шарахнулась, как от ненормального, а третья, внимательно посмотрев в глаза, согласилась. – И как тебя зовут, красавица? – Надежда, – ответила избранница. – Нужно отметить помолвку, – Олег потащил новую знакомую и сестру в кафе. За столиком возникло неловкое молчание. Оля просто не знала, что говорить. Олега обуревали мысли о мести. Он уже знал, что сделает всё, чтобы его свадьба тоже была двадцать пятого. – Наверное, есть серьёзная причина, по которой вы сделали предложение незнакомой девушке, – нарушила тишину Надя. – Если это спонтанное решение, я не обижусь и уйду. – Нет. Вы дали слово. Завтра подаём заявление и идём знакомиться с вашими родителями. Олег подмигнул: – Для начала, предлагаю перейти на ты!

Тяжело в учении? Легко с Megapad 2 Планшет TECNO Megapad 2 для всей семьи! Решайте задачи с бесплатным ИИ, учитесь и оставайтесь на связи благодаря 4G Купить #реклама 16+ dns-shop.ru О рекламодателе

Утром муж уехал на работу, но через час неожиданно вернулся. Он влетел в квартиру, бросил сумку на пол и побежал в гостиную. Отвлекшись от кормления Ванечки, я повернула голову и уставилась на пустую прихожую.- Ты что-то забыл? – вслушиваюсь в звуки, похожие на захлопывающиеся дверцы шкафа, ящиков комода. - Галька попросила денег взаймы! – ответил муж, продолжая искать заначку. - У тебя? - Ну да. А у кого ей еще просить? – он, запыхавшись, вышел из комнаты, встал посреди прихожей, пересчитал деньги и ошарашенным взглядом посмотрел на нас с Ваней. - Ты такой взмыленный, - заметила я сосульки вместо челки. - Бежал. Бежал, как только мог, - улыбнулся Саша, захлебываясь воздухом. – Ладно. Поехал. А то у меня совещание на носу. Начальство приедет, а меня нет на месте. - Пока, - с грустью в голосе ответила я.Дверь захлопнулась. Стало так тоскливо, что наш малыш, видимо, получил мой негативный импульс и начал капризничать. - Ванечка, кушай пюре, немножко осталось… А сама сижу перед сыном и думаю: «Как мне надоела эта подруга мужа! До чертиков надоела…»Мы с Сашей женаты уже два года. Нашему сынишке Ванечке шесть месяцев, вроде бы у нас дом – полная чаша, но все равно мне чего-то не хватает. И я прекрасно понимаю – чего. Мне не хватает такого же отношения ко мне, как он относится к своей Гале: трепетно, всегда спешит на помощь. Галя и Саша – лучшие друзья с детства. Они выросли вместе, раньше жили на одном этаже, пока Галя не переехала на соседнюю улицу, праздновали дни рождения семьями – их родители не то, чтобы друзья, но мило общаются. Галя для него – все!На нашей свадьбе я была, как бы помягче сказать, в стороне. На танцполе зажигали они, друзья детства. На все конкурсы Саша тащил ее – лучшую подругу. Лопнуть шарик с закрытыми глазами вилкой, надкусить яблоко, висящее на веревочке, вытянуть счастливый билет из лототрона: кто поедет кататься на катере вечером – бесплатно. Конечно, повезло Галине. Она вынула бумажку, развернула, а там одно только слово «поздравляем». Я смотрела на них и думала: что я здесь делаю? Это им нужно было жениться, а мне, наверное, искать для себя другую партию.Когда Саша заболел желтухой, Галя каждый день носила ему передачки. Естественно, мне было запрещено подходить к изолятору, хотя можно было пообщаться с мужем через окно, но свекровь настояла, чтобы я берегла себя и не приближалась «к зданию, напичканному ужасной заразой». Хотя Галя и ко мне приходила, навещала, приносила фрукты, соки, но мне было неприятно на нее смотреть, зная, что она имеет какое-то навязчивое влияние на моего любимого Сашку.Видимо, Галя прочла мои мысли и перестала захаживать. А мне было плевать, потому что я ее не просила покупать для меня продукты. Родила я, когда Саша все еще лежал в больнице. Он не смог меня встретить, приехали мои родители, свекры и эта. Да-да, эта, которая, как мне тогда показалось, метит в члены МОЕЙ семьи. Через две недели Сашу выписали. Свекровь поехала за ним, а там уже… подруга. Все вместе собрались у нас.

«Переезжай, чего ждать?» - сказал мужчина (58 лет). Я согласилась, а потом случайно услышала его разговор и всё поняла...Я, если честно, сама над собой иногда смеюсь. Пятьдесят четыре года, взрослая женщина, два брака за плечами, взрослая дочь — и вдруг как девчонка. Влюбилась. По-настоящему. С ожиданием звонков, с этим глупым «он онлайн - но не пишет», с выбором платья на встречу, как будто мне снова двадцать. И ведь ничего не предвещало.Мы познакомились банально - в интернете. Я сначала даже не хотела отвечать. Ну правда, сколько их было: «Привет, красавица», «Как настроение?». Виктор написал иначе: спокойно, без заигрывания. Спросил, что я читаю. Я ответила. И всё. Разговор потёк. Он оказался… нормальным. Знаете, это редкость. «Ты такая настоящая» Мы переписывались почти месяц, прежде чем встретились. Я уже успела привыкнуть к его утренним сообщениям: — Доброе утро, Ирина. Как спала? — Нормально. А ты? — Думал о тебе. И вроде банально, но у меня внутри что-то тихо распускалось. Как будто я снова кому-то нужна. Когда мы встретились, он не разочаровал. Высокий, немного седой, аккуратный. Не красавец, но с этим спокойным мужским обаянием. Он внимательно слушал, не перебивал, смеялся там, где нужно. — Ты такая настоящая, — сказал он тогда. Я смутилась. Потому что давно такого не слышала. Всё развивалось слишком правильно Он звонил каждый вечер. Приезжал с цветами — не огромными букетами, а такими, простыми. «Просто увидел и подумал о тебе», — говорил. Мы гуляли, готовили вместе, смотрели старые фильмы. Он держал меня за руку, как будто боялся отпустить. И вот здесь, наверное, был первый звоночек. Всё было слишком… идеально. Но кто влюблённый человек обращает внимание на «слишком»? Однажды он сказал: — Ира, я устал жить один. Хочу, чтобы дома меня кто-то ждал. Я молчала. А внутри уже знала, что соглашусь. «Переезжай ко мне» Это прозвучало почти буднично. — Зачем тебе тратить деньги на съём? У меня трёшка. Места полно. — Не знаю… рано как-то, — сказала я, но без уверенности. — А чего ждать? Мы взрослые люди. И правда. Чего ждать? Через месяц я уже складывала вещи. Дочь отреагировала настороженно: — Мам, ты уверена? — Да, — ответила я слишком быстро. Она посмотрела внимательно. — Просто будь осторожна. Я кивнула. Но, конечно, не была осторожной. Я была влюблена. Первые дни у него дома были… как праздник. Большая светлая квартира, чистота, порядок. Он показал шкаф — «тут твои вещи», полку в ванной — «это твоё», даже ключи дал.— Чувствуй себя дома, — сказал он. И я почувствовала. Мы вместе завтракали, вместе ужинали. Он по-прежнему был внимателен, заботлив. Но уже на третьей неделе я заметила мелочи. — Ира, ты мусор вынесла?— А ты полы сегодня протёрла? — У меня мама всегда держала дом в идеале. Я улыбалась. Старалась. Потому что «это же нормально». Потому что «он просто аккуратный». Потому что «мужчинам важно». А потом был тот вечер. Я вернулась раньше. Он не ожидал.В прихожей тихо сняла обувь, пошла на кухню — хотела сделать чай. И услышала. Он был в комнате. Говорил по телефону. — Да, она уже у меня живёт, — сказал он спокойно.Я замерла. — Нормальная, тихая. Без закидонов.Пауза. — Да не, не молодая уже, куда ей. Зато хозяйственная. У меня внутри что-то сжалось. — Ну конечно, — продолжил он. — Мне сейчас не до этих… романов. Мне порядок дома нужен. Чтоб всё было как у людей.Пауза. Я стояла. Не дышала. — Да и удобнее так, — добавил он. — Один бы я не справился. А так… и еда, и чистота, и компания.Слова били точно. Холодно. Чётко. — Нет, я не влюбился, ты что, — усмехнулся он. — Просто… подходящий вариант.

Подарок, который говорит без слов: "Ты особенная" Мы всегда любим сильнее, чем умеем это показывать. Иногда хочется сделать для неё что-то важное. Показать, что она — особенная. Устроить сюрприз, которого она совсем не ждёт. Увидеть её улыбку, удивление и искреннюю радость. И самому ощутить радость в ответ. Чтобы между вами снова появился маленький момент, который принадлежит только вам. ✨ Статуэтки по фото — с точным сходством и детальной проработкой - дают именно такой эффект. Это подарок, который попадает в самое сердце. ❤️ Как изготавливаем: + От вас — 1 или несколько фото + Любой образ, поза и стиль + Согласуем макет + Ручная индивидуальная работа Напиши нам, чтобы увидеть, как будет выглядеть ее статуэтка: Узнать цену #реклама crm.easy-mo.ru О рекламодателе

Подруга с завистливым сердцем В Берёзовке когда-то жили две подруги — Нина и Лида. Росли они почти в соседних домах, вместе ходили в школу, сидели за одной партой и даже платья на праздники друг у друга брали. Со стороны казалось, что ближе их никого нет. Только Нина долго не замечала одной странности: Лида радовалась её удачам лишь до тех пор, пока сама получала больше. Стоило Нину похвалить, подарить ей что-нибудь красивое или поставить в пример, как лицо подруги сразу менялось.В детстве такие вещи казались пустяками. Получит Нина пятёрку — Лида скажет, что учительница ей подсказывала. Купит мать Нине новые туфли — подруга обязательно заметит, что каблук кривой. Позовёт Нину танцевать самый красивый мальчик на школьном вечере — Лида весь следующий день будет рассказывать, что он сделал это на спор. Нина не обижалась. Она думала, что у подруги просто язык острый, а сердце доброе.Однажды в восьмом классе Нина победила в районном конкурсе сочинений. Ей вручили грамоту и большую книгу с цветными иллюстрациями. Лида сидела в первом ряду и хлопала громче всех, а вечером зашла к подруге посмотреть подарок. Полистала книгу, похвалила картинки и попросила взять её домой на одну ночь. Вернула через три дня — с вырванной страницей.— Наверное, сама выпала, — сказала Лида. — Книги теперь плохо делают.Нина поверила. Или сделала вид, что поверила. В пятнадцать лет человеку легче обвинить плохой клей, чем признать, что подруга могла испортить твою вещь из зависти.После школы их дороги ненадолго разошлись. Нина выучилась на швею и вернулась в Берёзовку. Лида окончила торговое училище и устроилась продавцом в сельский магазин. Обе вышли замуж, обе родили детей, продолжали ходить друг к другу в гости и отмечать вместе праздники. Только с годами зависть Лиды стала уже не детской, а злой и расчётливой.Нинин муж Павел не пил, работал трактористом и всё нёс в дом. Сам починил крышу, сложил баню, сделал детям качели. Муж Лиды, Виктор, был человеком неплохим, но слабым: получит зарплату — половину оставит возле рюмки, пообещает отремонтировать крыльцо и забудет. Лида могла бы сердиться на него, но почему-то сердилась на Нину. — Повезло тебе с Пашкой, — говорила она. — Наверное, крепко держишь его. Шагу без разрешения ступить не даёшь.Если Нина покупала занавески, Лида вскоре покупала почти такие же. Если Павел привозил жене из города сапоги, Лида неделю не разговаривала со своим мужем. Когда у Нины появилась новая швейная машинка, подруга пришла посмотреть и весь вечер искала недостатки.— Шумит сильно. И строчка неровная. Наверняка бракованную подсунули.Машинка была хорошая. Нина стала шить соседкам платья, халаты, школьную форму. Работала аккуратно, денег брала немного, поэтому заказов становилось всё больше. В трудные годы этот заработок очень помогал семье.Сначала Лида всем рассказывала, какая Нина мастерица. Потом заметила, что люди благодарят подругу, приносят ей продукты, приглашают на праздники. И тогда разговоры изменились.— Я бы у Нинки ничего дорогого не заказывала, — предупреждала она покупательниц в магазине. — Она хорошая женщина, только ткань любит подменять и остатки себе забирает.Это была неправда. Но в деревне слух распространяется быстрее почтовой машины. Несколько женщин забрали у Нины ткань, не объяснив причины. Одна потребовала вернуть даже обрезки. Нина не понимала, что происходит, пока соседка не рассказала ей о словах Лиды. Вечером она пришла к подруге.— Зачем ты говоришь, что я ткань ворую?Лида даже не смутилась.— Я такого не говорила. Люди сами выдумали, а свалили на меня.— Три человека назвали твоё имя.— Значит, хотят нас поссорить. А ты им поверила, не мне?Нина ушла с тяжёлым сердцем. Она ещё пыталась оправдать подругу, вспоминала их детство, общие тайны, прогулки до рассвета. Очень трудно признать, что человек, которого считаешь родным, давно смотрит на тебя как на соперницу.

— Заберу в августе, — сказала дочь, привезя троих детей... Раиса Сергеевна поняла, что обычным воскресным визитом дело не ограничится, когда Павел внёс в прихожую большой красный чемодан. Следом появились три рюкзака, пакет со сменной обувью и сумка с детскими вещами, которую пришлось поставить возле шкафа, потому что на тумбе уже не осталось места. Десятилетний Миша молча расшнуровывал кроссовки, семилетняя Лиза рассказывала, какие книги взяла с собой, а четырёхлетняя Соня прижимала к груди игрушечного зайца и спрашивала, где будет спать. Оксана тем временем проверяла что-то в телефоне и вела себя так, словно мать была в курсе всех планов. — Зачем вы привезли чемодан? — спросила Раиса Сергеевна. — Вы же собирались заехать на несколько часов. Оксана подняла глаза от экрана и с удивлением посмотрела на мать. — Разве я не говорила? Завтра рабочие начинают разбирать кухню, а в четверг мы с Пашей улетаем. Детям среди пыли и инструментов делать нечего. — Ты говорила, что летом вам может понадобиться помощь. О месяце речи не было. Павел, до этого стоявший у двери, кашлянул и принялся поправлять ручку чемодана. Было видно, что вмешиваться он не собирается. Оксана же прошла на кухню и начала выкладывать продукты: крупу, макароны, две упаковки котлет, молоко, сок и детское печенье. — На первые дни хватит, потом я тебе деньги переведу. Мишка уже большой, Лиза самостоятельная, хлопот в основном с Соней. Ничего сложного. Раиса Сергеевна посмотрела на дочь, ожидая, что та всё-таки назовёт точную дату возвращения. — Заберу в августе, — сказала дочь, привезя троих детей. До августа оставалось больше четырёх недель. — Оксана, я на это не соглашалась. — Мам, мы уже всё оплатили. И рабочим задаток внесли, и поездку. Что нам теперь делать? — Наверное, то, что делают родители, когда собираются уехать: заранее договариваться, кто останется с детьми. Дочь поджала губы. Павел тем временем вынес из комнаты пустую дорожную сумку, которая лежала внутри чемодана, и убрал её обратно. Они явно рассчитывали, что спор быстро закончится. — Ты же на пенсии и работаешь дома, — напомнила Оксана. — Свои заказы можно немного отложить. Дети к тебе едут, а не к чужому человеку. Раиса Сергеевна действительно несколько лет занималась подгонкой одежды. В шкафу висели платья, которые нужно было отдать заказчицам до середины июля, а на столе лежали подготовленные к работе брюки. Дочь знала об этом, но всерьёз работу матери никогда не воспринимала. Оксана с Павлом уехали через двадцать минут, пообещав вечером всё спокойно обсудить. Когда Раиса Сергеевна позвонила дочери, та отклонила вызов и написала в MAX, что они заняты разговором с рабочими. До спокойного разговора дело дошло только после девяти. За это время Соня пролила компот, Лиза отказалась от гречки, потому что котлета коснулась салата, а Миша несколько раз спрашивал пароль от домашней сети. Раиса Сергеевна разложила диван для девочек, застелила его чистым бельём, а внуку поставила раскладушку в своей комнате. Затем собрала разбросанные вещи и освободила для детской одежды две полки. — Бабушка, мама сказала, что я могу присматривать за Соней, если тебе нужно шить, — негромко произнёс Миша, когда младшие наконец легли. Он сидел на краю раскладушки и старательно расправлял покрывало, хотя оно и без того лежало ровно. — Присматривать несколько минут, пока я готовлю обед, можно. Отвечать целый день за двух детей ты не будешь. — Мама сказала, я уже взрослый. — Для сестёр ты брат, а не няня. И это не обсуждается.

Откройте для себя Абу-Даби Абу-Даби оживает в самом сердце Москвы: пятидневное культурное путешествие: иммерсивные технологии, живая эмиратская музыка, традиционные ремёсла и наследие. Манежная площадь, 19-23 августа. Узнать больше #реклама 16+ visitabudhabi.ae О рекламодателе

Журнала «Главбух» в Макс: ежедневная помощь бухгалтеру ⚡ Важное об изменениях в бухучете и налогах: ежедневно новости, актуальная информация, разъяснения экспертов, образцы документов и памятки. 👍 Переходите и подписывайтесь! Узнать больше #реклама 16+ max.ru О рекламодателе

🇷🇺 🇨🇳 Внимание! Открыт набор в группу китайского для взрослых. Бесплатно. Даже если вам давно не 25. Даже если сейчас вы не знаете ни одного слова на китайском... Наши студенты запоминают 750+ иероглифов за 1 год — и этого хватает, чтобы понимать и использовать до 80% бытовой китайской речи. Можете себе представить? Даже если вы полный ноль и вам страшно смотреть на иероглифы. Даже если вы не знаете ни одного иностранного языка. И даже если вам кажется, что «уже поздно». Просто запишитесь на бесплатный вебинар с носителем и узнайте, на что вы способны: bamboo-bridge Китайский — это не про “в Китае жить”. Это про: • Большие возможности в бизнесе, доходе, путешествиях – Прокачку мозга, памяти, интеллектуальный тонус • Доступ к крупнейшей экономике мира с миллиардами людей – И, как ни странно — удовольствие Число мест ограничено. Не упустите возможность — регистрируйтесь прямо сейчас: bamboo-bridge